ХАДЖИАНАСТАССИУ против ГРЕЦИИ
(Hadjianastassiou v. Greece)
ГрецияЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ХАДЖИАНАСТАССИУ против ГРЕЦИИ
(Hadjianastassiou v. Greece)
(жалоба № 12945/87)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
СТРАСБУРГ
16 декабря 1992 года
Европейский суд по правам человека, заседая Палатой в соответствии со статьёй 43 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее Конвенция)[2] и соответствующими положениями Регламента Суда, в состав которой вошли:
Р. Риссдал, председатель,
Тор Вильялмсон,
Ж. Де Мейер,
Н. Валтикос,
С. К. Мартенс,
Е. Палм,
И. Фойгель,
Р. Пекканен,
Джон Фриланд, судьи,
а также M.-A. Эйссен, секретарь Суда, и Г. Петцольд, заместитель секретаря Суда, проведя 26 июня и 23 ноября 1992 г. закрытые заседания, вынес следующее постановление, принятое в последний из вышеуказанных дней.
ПРОЦЕДУРА
Дело было направлено в Суд 12 июля 1991 г. Европейской комиссией по правам человека (далее Комиссия) в пределах трёхмесячного срока, установленного пунктом 1 статьи 32 и статьёй 47 Конвенции. Дело было возбуждено в связи с жалобой (№12945/87) против Республики Греция, поданной в Комиссию в соответствии со статьёй 25 гражданином Греции г-ном Константиносом Хаджианастассиу (Constantinos Hadjianastassiou) 17 декабря 1986 г.
Запрос Комиссии основывался на статьях 44 и 48 и на декларации, в которой Греция признала для себя обязательность постановлений Суда (статья 46). Предметом запроса было получение решения по вопросу о том, свидетельствуют ли обстоятельства дела о нарушении государством-ответчиком обязательств, предусмотренных статьями 6 и 10 Конвенции.
2. В ответ на запрос, сделанный в соответствии с подпунктом d пункта 3 Правила 33 Регламента Суда, Заявитель сообщил о своём желании принять участие в судебном разбирательстве и назначил юриста для представления его интересов в этом разбирательстве (Правило 30).
3. В состав Палаты вошли ex officio (по должности) г-н. Н. Валтикос, избранный судья от государства Греция (статья 43 Конвенции), и г-н Р. Риссдал, председатель Суда (пункт 3(b) Правила 21). 29 августа 1991 г. в присутствии секретаря председатель определил по жребию имена остальных семи судей, а именно г-на Дж. Кремону, г-на Тора Вильялмсона, г-на Ж. Де Мейера, г-жу Е. Палм, г-на И. Фойгеля, г-на Р. Пекканена и сэра Джона Фриланда (статья 43 Конвенции и пункт 4 Правила 21).
Г-н С. К. Мартенс, запасной судья, впоследствии заменил г-на Кремону, чей срок пребывания в должности судьи истёк, и чей преемник вступил в должность до проведения слушаний (пункт 3 Правила 2 и пункт 1 Правила 22).
4. Г-н Риссдал вступил в должность председателя Палаты (пункт 5 Правила 21) и, действуя через секретаря, провёл с агентом правительства Греции (далее Правительство), представителем Комиссии и юристом Заявителя консультации по вопросам организации судебного разбирательства (пункт 1 Правила 37 и Правило 38). Следуя соответствующим указаниям председателя, секретарь получил меморандум Заявителя 14 февраля 1992 г., а меморандум Правительства – 28 февраля. 2 июня секретарь Комиссии проинформировал секретаря Суда, что представитель Комиссии выскажет свои замечания в устной форме.
12 марта Комиссия представила различные документы, затребованные секретарём по ходатайству Правительства.
5. В соответствии с решением председателя Суда судебное разбирательство проводилось публично во Дворце прав человека в Страсбурге 23 июня 1992 г. Предварительно Суд провёл подготовительное заседание.
Перед Судом предстали:
а) со стороны Правительства
г-н П. Камаринес, юрисконсульт Государственного совета юристов, уполномоченный,
г-жа Ф. Дедуси, член Государственного совета юристов, советник;
b) со стороны Комиссии
г-н К. Л. Розакис, представитель;
c) со стороны Заявителя
г-н Р. Нисанд, адвокат, советник.
Суд выслушал выступления вышеуказанных представителей, лично г-на Хаджианастассиу, а также их ответы на вопросы Суда.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
6. Г-н Хаджианастассиу, гражданин Греции, является авиационным инженером. На момент рассмотрения дела он имел звание капитана Военно-воздушных сил.
В качестве должностного лица, ответственного за проект по разработке и производству управляемой ракеты, он представил в 1982 г. доклад в Центр технических исследований Военно-воздушных сил (K.E.T.A.) о ракете, над которой работал. В январе 1983 г. он предоставил одной частной компании (ELFON) другое техническое исследование по управляемым ракетам, которое подготовил самостоятельно.
А. Разбирательство в Постоянном суде Военно-воздушных сил г. Афины
7. 4 июля 1984 г. палата Постоянного суда Военно-воздушных сил г. Афины (Diarkes Stratodikeio Athinon) предъявила Заявителю и ещё одному лицу обвинение в разглашении военной тайны (статья 97 Военного уголовного кодекса, см. п. 21 ниже).
22 октября 1984 г. суд признал г-на Хаджианастассиу виновным в передаче ELFON десяти единиц информации вместе со «всеми техническими и теоретическими данными», изложенными в докладе K.E.T.A. Суд приговорил Заявителя к двум с половиной годам лишения свободы.
В. Разбирательства в Военном апелляционном суде
8. Заявитель и обвинитель Военного апелляционного суда (Epitropos tou Anatheoritikou Dikastiriou) обжаловали это решение.
9. Вслед за судебным заседанием, состоявшимся 28 февраля и 1 марта 1985 г., Военный апелляционный суд назначил двух экспертов – профессоров Афинского политехнического института, которые совместно с экспертами, указанными Заявителем, сравнили оба исследования.
В своём заключении от 26 сентября 1985 г. профессоры пришли к следующим выводам:
«…На наш взгляд, два исследования, для K.E.T.A. и для ELFON, опираются на разные методы, ракеты отличаются друг от друга и вторая не является копией первой…
Тем не менее, некоторая передача технических знаний неизбежно произошла… Невозможно определить масштаб этой передачи за рамками того, что указано далее в пунктах (b), (c) и (d), так как исследование ELFON, и даже в большей степени отчёт K.E.T.A., составлены некачественно, полны неточностей и упущений. Следует отметить, что в обоих исследованиях аэродинамические данные являются ошибочными…»
Эксперты отметили, что г-н Хаджианастассиу имел некоторые технические знания, приобретённые во время учёбы в Соединённых Штатах. Однако участие в проекте K.E.T.A. обогатило его опыт. Детали ракеты и некоторые теоретические сведения, содержавшиеся в обоих исследованиях, встречались в различных технических руководствах, приобщённых к делу и оцениваемых как «доступная литература». Эти руководства не были отнесены к «секретным», однако не было установлено, были ли они доступны частным лицам.
10. На следующем судебном заседании, состоявшемся 21 и 22 ноября 1985 г., Военным апелляционным судом были заслушаны показания девятнадцати свидетелей относительно того, содержали ли исследования общедоступные данные, была ли информация, положенная в основу исследований, доступна в научной литературе и было ли исследование K.E.T.A. отнесено к сведениям, составляющим «военную тайну».
11. После слушания Военный апелляционный суд, проведя закрытое заседание, рассмотрел следующие вопросы, сформулированные председателем суда:
«1. Виновен ли Константинос Хаджианастассиус в незаконной и преднамеренной передаче и разглашении третьим лицам, с октября 1982 г. по март 1983 г., военных планов и информации, отнесённой к секретной, и которая должна была оставаться секретной в интересах греческого государства? [В частности, виновен ли он в том]… что в октябре 1982 г., после установления контакта с компанией ELFON… с целью подготовить и предоставить для последней исследование по управляемым ракетам за денежную плату, определяемую соглашением с указанной компанией, после того как работа будет начата, он действовал незаконно и преднамеренно?
a) сообщил вышеуказанной компании информацию общего характера об управляемой ракете, разрабатываемой в K.E.T.A., и о её технических характеристиках, хотя, являясь должностным лицом, ответственным за проект по разработке ракеты K.E.T.A., он знал, что эта информация являлась секретной и что в интересах греческого государства необходимо хранить её в тайне;
b) передал той же компании некоторые данные, имеющие отношение к проекту и относящиеся к той же предметной области, вытекающие из исследования K.E.T.A и из всей программы производства греческих управляемых ракет («лазерный комплект»), которые существовали в центре и которые касались главным образом пространственной диаграммы ракеты, её внешней геометрии, периметрического плана, аэродинамических составляющих типа Nd-YAG лазера, динамичной модели, верхушки ракеты, принципиальной схемы, точности самонаведения, базовых данных по электронике и других теоретических и технических компонентов, содержащихся в исследовании ELFON… которое было целиком разработано на основе информации, полученной из соответствующего проекта и исследования K.E.T.A., переданного и раскрытого им для компании, несмотря на то, что он в качестве должностного лица, ответственного за проект, знал.. что эта информация секретна и что в интересах государства Греции необходимо хранить её в тайне?
2. Было ли установлено… что после того, как были раскрыты указанные сведения, составляющие военную тайну, обвиняемый ошибочно полагал, что он имел право действовать подобным образом или [с другой стороны] что он обоснованно предполагал, что, составив исследование для K.E.T.A. и использовав собственные знания, он был вправе составить новое исследование и представить его через посредничество компании ELFON, в Департамент военной промышленности? Было ли такое предположение обоснованным?
3. Было ли установлено… что сведения, составляющие военную тайну, разглашённые подобным образом, а именно общая информация об управляемой ракете… и её технических характеристиках, которую [обвиняемый] сообщил компании ELFON, были малозначительными?
4. Должны ли быть учтены определённые обстоятельства как смягчающие, а именно то, что до совершения вышеуказанных действий обвиняемый вёл безупречную и упорядоченную частную, семейную и профессиональную жизнь?»
12. Согласно протоколу совещания, судьи Военного апелляционного суда утвердительно ответили на вопросы 1(a) (четыре голоса против одного), 3 и 4 (единогласно) и отрицательно на вопросы 1(b) (четыре голоса против одного) и 2 (три голоса против двух).
13. Вынося приговор в присутствии г-на Хаджианастассиу 22 ноября 1985 г., суд приговорил его за разглашение сведений, отнесённых к военной тайне второстепенной значимости (п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса, см. п. 21 ниже) условно к пяти месяцам лишения свободы с зачётом четырёх месяцев и четырнадцати дней, проведённых им под стражей в ходе предварительного расследования.
14. Председатель Военного апелляционного суда огласил приговор, в котором не указывались вопросы членам суда.
15. Для получения формулировок этих вопросов и ответов на них Заявитель просил 23 ноября 1985 г. ознакомить его с протоколом судебного заседания. По его утверждению, секретарь сказал ему, что необходимо дождаться «окончательного варианта» приговора.
С. Разбирательство в Кассационном суде
16. 26 ноября 1985 г., в течение пяти дней – срока, установленного п. 1 статьи 425 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 ниже), г-н Хаджианастассиу обжаловал приговор в Кассационном суде. В своей жалобе, занимающей одну страницу, он утверждал о «неправильном применении и толковании положений уголовного закона, по которым он был осуждён, а именно п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса».
17. 16 декабря он получил копию постановления суда апелляционной инстанции. Постановление было кратким и не содержало оснований, по которым оно было вынесено, а лишь указывало на назначение наказания.
18. 23 декабря 1985 г. Заявитель снова просил предоставить ему протокол. Он получил его 10 января 1986 г. Этот документ, представлявший собой детальное изложение всех шести вопросов и полученных на них ответов, заканчивался следующим образом:
«Суд, четырьмя голосами к одному… признаёт обвиняемого Хаджианастассиу виновным в разглашении сведений, составляющих военную тайну, – преступлении, которое было совершено в Аттике с октября 1982 г. по март 1983 г.
Тремя голосами против двух… суд отклоняет ходатайство защиты о применении п. 2 статьи 31 Уголовного кодекса (невиновность в случае ошибки).
Суд единогласно признает, что сведения, составляющие военную тайну, разглашённые обвиняемым, были второстепенной значимости.
Суд единогласно принимает смягчающие обстоятельства (п. 2(a) статьи 84 Уголовного кодекса).
На основании следующих статей:
п. 2 статьи 97, рассматриваемого в совокупности с п. 1 и статьями 98 (e)… 366, 368… Военного уголовного кодекса…
…принимая во внимание тяжесть совершённых деяний, личность обвиняемого, вред, нанесённый преступлением, особый характер преступления, конкретные обстоятельства, при которых было совершено преступление, степень умысла со стороны обвиняемого, его характер, личное и социальное положение, его поведение до и после совершения преступления,
Суд приговаривает обвиняемого к пяти месяцам лишения свободы и обязывает его выплатить судебные издержки… В вышеуказанный срок… суд засчитывает четыре месяца и четырнадцать дней, проведённых им под стражей в ходе предварительного расследования, и устанавливает окончательный срок наказания, подлежащий отбытию, – шестнадцать дней.
Учитывая, что у обвиняемого нет прошлых судимостей и он не отбывал тюремного наказания, а также обстоятельства, при которых было совершено преступление, суд считает целесообразным назначить оставшееся наказание в виде условного осуждения…
На основании вышеизложенного, в соответствии со статьями 99, 100 и 104 Уголовного кодекса, суд при назначении оставшегося наказания устанавливает испытательный срок три года».
19. Разбирательство в Кассационном суде (Areios Pagos) состоялось11 апреля 1986 г.
14 апреля г-н Хаджианастассиу подал письменные объяснения в добавление к своему устному выступлению в суде. По его мнению, изложение апелляционной жалобы было достаточным для того, чтобы исключить любую возможность её отклонения по причине неточности. Он обжаловал недостаточность срока, предоставленного для подачи апелляционной жалобы на приговоры военных судов, и невозможность для заинтересованных лиц заблаговременно ознакомиться по существу с содержанием оспариваемых постановлений. Заявитель также оспаривал основания, по которым был вынесен обвинительный приговор: распространение «общей информации» о ракете, разрабатываемой K.E.T.A., обвинение, которое Военный апелляционный суд счёл доказанным, не подпадало под действие статьи 98 Военного уголовного кодекса, поскольку эта норма касалась раскрытия секретных сведений военного значения, обвинение, которое было снято с него Военным апелляционным судом ответом на вопрос 1(b) (см. п. 11 выше). По мнению Заявителя, его дело в крайнем случае подпадало под статью 96 (см. п. 21 ниже), но не более того.
20. 18 июня 1986 г. Кассационный суд оставил жалобу без рассмотрения по следующим причинам:
«В своей жалобе в суд… по поводу отмены постановления № 616/1985, вынесенного Военным апелляционным судом, [Заявитель] оспаривает вышеуказанное постановление на основании ошибочного применения и толкования статей, на основании которых он был осуждён, а именно п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса. Однако это единственное основание апелляции в том виде, в котором оно сформулировано выше, является неопределённым, поскольку не указывает на конкретные и определённые ошибки в оспариваемом постановлении, которые могли бы служить основанием для жалобы по поводу ошибочного применения и толкования указанной статьи. Следовательно, в соответствии с п. 1 статьи 476 и п. 1 статьи 513 Уголовно-процессуального кодекса, жалобу надлежит оставить без рассмотрения».
II. ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
А. Разглашение сведений, отнесённых к военной тайне
21. Военный уголовный кодекс предусматривает:
Статья 96
«Передача информации военного характера.
Военнослужащий или иной человек, работающий в Вооружённых силах, который без согласия на то военных властей передаст или сделает общеизвестной каким-либо способом информацию или оценочные сведения об армии, несёт наказание в виде лишения свободы на срок не более шести месяцев.
Статья 97
Разглашение военной тайны.
- Военнослужащий или иной человек, работающий в Вооружённых силах, который незаконно и преднамеренно предоставит или сообщит другим лицам документы, планы, любые другие предметы или секретные сведения военного значения, или допустит передачу или сообщение другим лицам этих документов, планов, предметов или сведений, несёт наказание в виде лишения свободы (katheirxi) или, если вышеуказанное было передано или сообщено иностранному государству, агенту или шпиону иностранного государства, карается увольнением с лишением прав и привилегий и смертной казнью.
- …Если сообщённая [информация] имеет второстепенное значение, обвиняемый несёт наказание в виде лишения свободы (filakisi) на срок не менее шести месяцев…
Статья 98
Секретные сведения.
Под «секретными сведениями военного значения» следует понимать информацию, касающуюся государства Греция или его союзников и связанную:
e) с объектом, официально отнесённым к секретным».
В. Обязанность судов мотивировать свои решения
22. Соответствующие статьи Конституции, принятой в 1975 г., гласят:
Пункт 3 статьи 93
«Все судебные постановления должны быть чётко и подробно мотивированы и оглашены на открытом заседании…
Статья 96
4. Специальные законы предусматривают:
a) вопросы, устанавливающие отношения с военными судами, судами Военно-морских и Военно-воздушных сил, не имеющими юрисдикции над гражданскими лицами;
b) вопросы, связанные с судами призовой юрисдикции.
5. Суды, указанные в подпункте (a) первого абзаца, должны состоять из большинства судей, входящих в судебную ветвь власти Вооружённых сил и пользующихся гарантиями независимости, как личными, так и служебными, предусмотренными п. 1 статьи 87 настоящей Конституции. Пункты 2-4 статьи 93 применимы к судебным разбирательствам и постановлениям этих судов. Подробные инструкции по применению положений, изложенных в данном абзаце, а также дата вступления этих положений в силу должны быть определены законом».
23. Согласно существующему прецедентному праву Кассационного суда отсутствие обоснований в решениях военных судов не делает их недействительными. Применение к этим судам п. 3 статьи 93 Конституции требует, в соответствии с п. 5 статьи 96, принятия специальных законов, что до сих пор не случилось (постановления №№ 470/1975, 483/1979, 18/1980, 647/1983, 531-535/1984 (Nomiko Vima 1984 г., стр. 1070) и № 1494/1986). Достаточно, чтобы такое решение отвечало на вопросы, поставленные председателем Суда. Вопросы должны точно указывать на преступления, в которых обвиняют подсудимого, чтобы в дальнейшем Кассационный суд смог убедиться, что соответствующие статьи уголовного права были должным образом применены к фактам, установленным судами первой и второй инстанций (постановления №№ 456/1986 и 1494/1986).
С. Апелляции на решения военных судов
1. Военный уголовный кодекс
24. К настоящему делу имеет отношение следующее:
Статья 366
«Формулировка вопросов. Главный вопрос.
- Председатель суда должен составить вопросы по каждому подсудимому.
- Главный вопрос должен быть сформулирован на основании резолютивной части судебного решения о заключении под стражу… и должен включать в себя вопрос о том, виновен ли обвиняемый в том… что ему вменяется…
Статья 368
Дополнительные вопросы (Parepomena zitimata).
Чтобы дополнить главный или альтернативный вопрос, могут быть заданы дополнительные вопросы, касающиеся обвинения или обстоятельств, отягчающих, смягчающих наказание или исключающих преступность деяния (exalipsin).
Пункт 1 статьи 425
Сроки.
Жалоба в Кассационный суд (anairesi) должна быть подана в течение пяти дней с момента оглашения постановления или, если решение было оглашено в отсутствие обвиняемого или его представителя, с даты уведомления о принятом решении…
Статья 426
Основания для подачи жалобы в Кассационный суд.
Жалоба должна быть подана только на следующих основаниях:
В. Ошибочное применение и толкование материальных норм уголовного права».
2. Уголовно-процессуальный кодекс
25. Уголовно-процессуальный кодекс предусматривает inter alia следующее:
Пункт 3 статьи 473
«Срок подачи кассационной жалобы.
Срок подачи жалобы в Кассационный суд начинается с даты поступления в секретариат рассматриваемого суда окончательного текста постановления. Он должен поступить в секретариат в течение пятнадцати дней, в противном случае на председателя суда могут быть наложены дисциплинарные санкции.
Пункт 2 статьи 509
Объяснения при подаче жалобы в Кассационный суд.
Кроме оснований для обжалования, указанных в жалобе… дополнительные замечания могут быть изложены в дополнительных объяснениях, поданных в канцелярию главного прокурора при Кассационном суде не позднее чем за пятнадцать дней до проведения судебного заседания… по истечении указанного срока объяснения подлежат оставлению без рассмотрения…»
3. Прецедентное право Кассационного суда, имеющее отношение к данному делу
26. Согласно прецедентному праву Кассационного суда (решения №№ 656/1985 (Nomiko Vima 1985 г., стр. 891), 1768/1986, 205/1988 (Nomiko Vima 1988 г., стр. 588) и 565/1988), п. 3 статьи 473 Уголовно-процессуального кодекса не применяется по отношению к жалобам на нарушение норм права в приговорах военных судов, поскольку срок подачи данных жалоб установлен в статье 425 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше).
Основания для подачи жалобы в Кассационный суд должны быть изложены в предварительной жалобе. Что касается «неправильного применения и толкования соответствующих положений уголовного закона», то жалоба должна содержать чёткие указания на ошибки, которые были допущены в оспариваемом решении (решения №№ 234/1968, 459/1987, 1366/1987 (Nomiko Vima 1987 г., стр. 1659) и 1454/1987, а также постановление Кассационного суда по настоящему делу).
И, наконец, дополнительные объяснения рассматриваются лишь в том случае, если в предварительной жалобе изложено, по крайней мере, одно основание, которое Суд сочтёт приемлемым и достаточно обоснованным (постановления №№ 242/1951, 341/1952, 248/1958, 472/1970, 892/1974, 758/1979 (Nomiko Vima 1980 г., стр. 56), 647/1983, 1438/1986 и 1453/1987).
РАЗБИРАТЕЛЬСТВО В КОМИССИИ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
27. 17 декабря 1986 г. г-н Хаджианастассиу подал жалобу в Комиссию. В своей жалобе он ссылался на статью 6 и утверждал, что недостаточная обоснованность постановления Военного апелляционного суда и краткость срока для подачи жалобы помешали ему дополнительно обосновать жалобу в Кассационный суд. Он также утверждал, что осуждение за раскрытие военной тайны второстепенного значения нарушило его право на свободу выражения мнения в соответствии со статьёй 10.
28. 4 октября 1990 г. Комиссия признала жалобу (заявление № 12945/87) приемлемой. В своём отчёте от 6 июня 1991 г. (в соответствии со статьёй 31) Комиссия пришла к единогласному выводу о нарушении пунктов 1 и 3(b) статьи 6 и об отсутствии нарушения статьи 10.
Полный текст заключения Комиссии приводится в приложении к данному постановлению.
ПРАВО
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ
29. Г-н Хаджианастассиу ссылался на пункты 1 и 3(b) статьи 6, гласящие:
«1. Каждый… при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое… разбирательство… независимым и беспристрастным судом…
3.. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:
b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты…».
Заявитель обжаловал отсутствие обоснования в приговоре, оглашённом председателем Военного апелляционного суда 22 ноября 1985 г., и краткость установленного срока подачи жалобы в Кассационный суд. Несмотря на то, что Заявитель присутствовал на судебном разбирательстве, точные основания его осуждения стали известны ему лишь 10 января 1986 г., что означало, что жалоба по вопросам права будет с неизбежностью отклонена.
30. Правительство выразило несогласие с такой точкой зрения, которую Комиссия поддержала по существу. По мнению Правительства, Заявитель был осведомлён о содержании вопросов, сформулированных председателем Военного апелляционного суда. Вопросы № 2 и № 4 основаны на аргументах, приведённых лично г-ном Хаджианастассиу в Постоянной палате суда Военно-воздушных сил. Ответ на вопрос № 3, впервые сформулированный в апелляционной инстанции, ясно прозвучал в постановлении, зачитанном председателем. Что касается вопроса о передаче информации «военного значения», председатель разделил его на два пункта – 1(a) и 1(b) (см. п. 11 выше), чтобы учесть заключение экспертов и проявить снисходительность к обвиняемому, приговор которого был к тому же смягчён. Наконец, эти вопросы далеко не обозначали конец судебного разбирательства, а, наоборот, вызывали споры во время совещания. Иными словами, г-н Хаджианастассиу вполне мог в установленный законом срок представить в своей жалобе подробные и обоснованные доводы для отмены решения.
31. Поскольку требования, изложенные в пункте 3 статьи 6, затрагивают отдельные аспекты права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное пунктом 1, Суд рассмотрит жалобу в соответствии с обоими положениями, взятыми в совокупности.
32. Суд отмечает с самого начала, что, хотя п. 3 статьи 93 Конституции Греции (см. п. 22 выше) предписывает, чтобы все судебные постановления были чётко и подробно обоснованы в соответствии с п. 5 статьи 96, применимость этого требования к военным судам сопряжена с принятием специального закона. Такой закон ещё предстоит принять. До этого момента Кассационный суд вправе рассматривать решения судов на предмет надлежащего применения уголовного права, лишь основываясь на вопросах, сформулированных председателями судов, и ответах судей, послуживших основанием для принятия решения.
33. Высоким договаривающимся сторонам предоставлена значительная свобода в выборе средств для обеспечения того, чтобы их судебные системы отвечали требованиям статьи 6. Однако национальные суды должны с достаточной ясностью излагать доводы, на основании которых они выносят решения. Именно это inter alia позволяет обвиняемому эффективно воспользоваться предоставленным ему правом обжалования приговора во второй инстанции. Задача Суда сводится к тому, чтобы определить, привёл ли установленный государством механизм к результатам, которые совместимы с Конвенцией.
34. В данном случае постановление, оглашённое председателем Военного апелляционного суда, не содержало указаний на вопросы, отражённые в протоколе судебного заседания (см. п. 11 и 18). Безусловно, оно ссылалось на статью 366 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше) и классифицировало переданные сведения как информацию второстепенного значения, однако оно не основывалось на тех же основаниях, что и решение Постоянной палаты суда Военно-воздушных сил. Вопрос 1(a) о передаче «общих сведений об управляемой ракете», которые необходимо было держать в тайне, впервые был поднят на разбирательстве в суде апелляционной инстанции. Когда на следующий день после оглашения решения Заявитель пытался получить полный текст вопросов, секретарь якобы сообщил, что ему придётся дождаться «окончательного варианта» приговора (см. п. 15 выше). В своей жалобе на нарушение норм права, поданной в течение пяти дней, – срока, установленного п. 1 статьи 425 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше), г-н Хаджианастассиу мог опираться лишь на информацию, услышанную и собранную им во время судебного разбирательства. Ему ничего не оставалось, как сослаться в общих чертах на статью 426.
35. В возражении Правительства говорится, что Заявитель вполне мог бы представить дополнительные замечания в своих объяснениях в соответствии с п. 2 статьи 509 Уголовно-процессуального кодекса (см. п. 25 выше) и что если он не воспользовался такой возможностью, то это означает, что у него не было оснований для оспаривания приговора суда.
36. Суд не согласен с этим доводом. Когда 10 января 1986 г. г-н Хаджианастассиу получил протокол судебного заседания, он уже был лишён возможности приводить дополнительные доводы к своей жалобе на нарушение норм права. В соответствии с устоявшейся судебной практикой дополнительные доводы могут быть приняты во внимание, только если в предварительной жалобе содержится, по крайней мере, одно основание, которое Суд сочтёт подлежащим рассмотрению и достаточно обоснованным (см. п. 26 выше).
37. В заключение следует отметить, что реализация права на защиту была сопряжена с такими ограничениями, что Заявитель был лишён возможности воспользоваться своим правом на справедливое судебное разбирательство. Следовательно, имело место нарушение пункта 3(b) статьи 6 Конвенции в совокупности с пунктом
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 10 КОНВЕНЦИИ
38. По заявлению г-на Хаджианастассиу, обвинение, выдвинутое против него военными судами, также нарушало статью 10 Конвенции, которая гласит:
«1. Каждый имеет право свободно выражать своё мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ…
2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определёнными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».
39. Следует напомнить, что Заявитель, военный офицер, был осуждён и приговорён к лишению свободы за разглашение военных сведений второстепенного значения. Рассматриваемое исследование он намеревался передать за определённую плату частной компании по производству оружия.
Несомненно, свобода выражения мнения, гарантируемая статьёй 10, применима к военнослужащим, как и к другим лицам, в рамках юрисдикции Договаривающихся государств (см. дело Энгель и другие против Нидерландов (Engel and others v. the Netherlands), 8 июня 1976 г., серия A, № 22, стр. 41, § 100). Тем более что рассматриваемая информация не выходит за рамки действия статьи 10, которые не ограничены определёнными категориями информации, идей или форм выражения мнения (см. «Маркт интерн Ферлаг ГмбХ» и Клаус Берман против Германии (Markt intern Verlag GmbH and Klaus Beermann v. Germany), 20 ноября 1989 г., серия A, № 165, стр. 17, § 26).
40. Таким образом, приговор Постоянной палаты суда Военно-воздушных сил, впоследствии смягчённый Военным апелляционным судом (см. пп. 7 и 13 выше), представлял собой вмешательство в право Заявителя на свободу выражения мнения. Подобное вмешательство противоречит статье 10, за исключением случаев, когда оно «предусмотрено законом», преследует законные цели, изложенные в пункте 2, и «необходимо в демократическом обществе» для достижения вышеуказанных целей.
А. Было ли вмешательство «предусмотрено законом»?
41. По утверждению г-на Хаджианастассиу, первое условие не было соблюдено, поскольку последствия несоблюдения «закона» не были предсказуемы. Применение Военным апелляционным судом статей 97 и 98 Военного уголовного кодекса было ошибочным (см. п. 21 выше). Несмотря на то, что эти статьи легли в основу решения суда, в нём не указывалось на какие-либо конкретные секретные сведения, которые были переданы ELFON.
42. Тем не менее, Суд отмечает, что формулировка рассматриваемых статей закона (см. п. 21 выше) совместима с тем вариантом их истолкования и применения, который реализовал Военный апелляционный суд. Указывая на то, что толкование и применение внутреннего права – это прерогатива национальных судов (см. среди прочих дело Крюслен против Франции (Kruslin v. France), 24 апреля 1990 г., серия A, № 176-A, стр. 21, § 29), Суд, наряду с Правительством и Комиссией, считает, что вмешательство было «предусмотрено законом».
В. Преследовало ли вмешательство законную цель?
43. Ясно, что оспариваемый приговор был направлен на наказание за разглашение сведений о секретном проекте по разработке оружия и тем самым на обеспечение «национальной безопасности», что является законной целью в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции.
С. Было ли вмешательство «необходимо в демократическом обществе»?
44. Г-н Хаджианастассиу отрицал, что вмешательство было необходимым. Он утверждал, что рутинное техническое исследование, полностью основанное на его собственной документации, нельзя рассматривать, как представляющее угрозу национальной безопасности. В своём ответе на вопрос 1(b) (см. пп. 11 и 12 выше) Военный апелляционный суд признал отсутствие какой-либо связи между исследованием, проводимым для военно-воздушных войск, и исследованием для ELFON. По его мнению, должны были быть установлены правовые нормы, запрещающие военным офицерам Греции работать на частные компании или, наоборот, позволяющие это делать при условии неразглашения сведений, составляющих военную тайну. К тому же Военный апелляционный суд не указал ни на одну разглашённую Заявителем тайну.
45. В данном случае проект по производству управляемой ракеты, осуществляемый в военно-воздушных войсках, был отнесён к «военной тайне». Однако приговор апелляционного суда был основан на разглашении «информации общего характера», которую в военных интересах было необходимо держать в секрете. Назначенные судом эксперты до вынесения приговора пришли к выводу о том, что, хотя два исследования и прибегали к различным методам, тем не менее «некоторая передача технических сведений неизбежно произошла» (см. п. 9 выше).
Как и Правительство, Суд разделяет точку зрения, что разглашение интересов государства в данном виде оружия и соответствующих технических сведений, которые могли бы указать на прогресс в его производстве, способно нанести значительный ущерб национальной безопасности.
46. Необходимо также учитывать особые условия, с которыми сопряжена военная жизнь, и конкретные «обязательства и ответственность», возложенные на служащих Вооружённых сил (см. дело Энгель и другие против Нидерландов, приведённое выше, стр. 41, § 100). Заявитель, будучи должностным лицом в K.E.T.A., ответственным за экспериментальную программу по производству ракеты, был связан обязательством действовать по собственному усмотрению в рамках осуществления своих обязанностей.
47. В свете этих рассуждений нельзя сказать, что военные суды Греции вышли за пределы усмотрения, который предоставлен внутренним органам власти в вопросах национальной безопасности. Представленные доказательства также указывают на разумную пропорциональность между принятыми мерами и преследуемой законной целью. Следовательно, не было установлено нарушения статьи 10 Конвенции.
III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 50 КОНВЕНЦИИ
49. В соответствии со статьёй 50:
«Если Суд сочтёт, что решение или мера, принятые судебным или другим органом Высокой Договаривающейся Стороны, полностью или частично противоречат обязательствам, вытекающим из… Конвенции, а внутригосударственное право указанной стороны допускает лишь частичное возмещение за последствия данного решения или меры, то по решению Суда, в случае необходимости, может быть назначена справедливая компенсация потерпевшей стороне».
Ссылаясь на данную статью, г-н Хаджианастассиу требовал компенсацию судебных расходов и издержек сначала в судах Греции (650 000 драхм), а затем в судебных органах Конвенции (300 000 драхм и 29 260 французских франков).
Правительство сочло данные требования чрезмерными, поскольку суммы серьёзно превышали установленные расценки на юридические услуги, предусмотренные законами Греции. Правительство заявило, что, в случае установления нарушения, согласно выплатить 100 000 драхм.
49. Суд отмечает, что в данном вопросе он не связан внутригосударственными расценками или критериями (см. inter alia дело Гренджер против Соединённого Королевства (Grendger v. United Kingdom), 28 марта 1990 г., серия A, № 174, стр. 20, § 55).
Как и Комиссия, Суд придерживается мнения, что из понесённых в Греции расходов компенсация может быть выплачена только в отношении расходов в Кассационном суде – 220 000 драхм. Суммы, заявленные в отношении разбирательств в Страсбурге, соответствуют критериям, изложенным в прецедентном праве и, соответственно, должны быть выплачены в полном объёме.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД:
1. Постановляет, что имело место нарушение пунктов 1 и 3(b) статьи 6 Конвенции, взятых в совокупности.
2. Постановляет, что не было нарушения статьи 10 Конвенции.
3. Постановляет, что государство-ответчик обязано выплатить Заявителю в течение трёх месяцев компенсацию судебных расходов и издержек в размере 29 260 (двадцати девяти тысяч двухсот шестидесяти) французских франков и 520 000 (пятисот двадцати тысяч) драхм.
4. Отклоняет остальную часть иска о справедливой компенсации.
Совершено на английском и французском языках и оглашено на открытом судебном заседании во Дворце прав человека в Страсбурге 16 декабря 1992 г.
Рольф Риссдал, председатель Марк-Андре Эйссен, секретарь.
В соответствии с пунктом 2 статьи 51 Конвенции и пунктом 2 Правила 53 Регламента Суда к настоящему постановлению прилагается совпадающее мнение г-на Де Мейера.
СОВПАДАЮЩЕЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ДЕ МЕЙЕРА
Наряду с остальными членами Палаты я придерживаюсь мнения о том, что в настоящем деле не было нарушения права на свободу выражения мнения, но причины для такого вывода я вижу более простые, нежели те, что изложены в пп. 39 и 47 настоящего постановления. Причины следующие:
Заявителю было предъявлено обвинение и вынесен приговор в соответствии с п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса[3] за раскрытие секретной информации второстепенного значения[4].
2. Поскольку на военнослужащих возложены особые «обязательства и ответственность», при необходимости им должно быть запрещено, если на то нет надлежащего разрешения, передавать третьей стороне информацию и идеи подобного рода, как в настоящем деле, даже если эти идеи и информация являются результатом их собственной работы.
Тем более это касается такой информации и идей, которые были отнесены к секретным компетентными органами.
3. В случае если военные нарушают этот запрет, суд, под юрисдикцию которого они подпадают, назначает им наказание, предусмотренное законом.
4. В настоящем деле нет доказательств того, что в отношении Заявителя греческие суды преступили те полномочия, которые им предоставлены в этой сфере.
[1] Примечание секретаря Суда: дело зарегистрировано под номером 69/1991/321/393, где первое число указывает на номер дела в списке дел, переданных в Суд в соответствующем году (второе число); последние два числа указывают на номер дела в списке дел, переданных в Суд с момента его создания, и в списке соответствующих заявлений, поданных в Комиссию.
[2] С внесёнными поправками в соответствии со статьёй 11 Протокола № 8 (P8-11), который вступил в силу 1 января 1990 г.
[3] См. п. 21 постановления.
[4] См. п. 13 постановления.
© Перевод Центра защиты прав СМИ, 2006
© Перевод с англ. М. Н. Залата